November 6th, 2014

Моторола
  • lussien

"Распятый мальчик" с доски объявлений воскрес, подрос и возмужал

Написал StivyG на politota
На видео–мальчик Стас. Сегодня вечером его душераздирающую историю под названием "Нацгвардейцы со шприцами сделали из донецкого мальчика мишень для ракет" поведал своим зрителям канал НТВ.



Согласно сюжету, мальчика Стаса из Красного Лимана, что в Донецкой области, похитили нацгвардейцы, увезли в Авдеевку, там обкололи наркотиками, одели в куртку с радиопередатчиками, и отправили на велосипеде в Донецк, в расположение "ополченцев", чтобы потом по радиомаячку навести на него (и ополченцев, соответственно) ракеты.

Похоже, никого не смущает нелепость и нелогичность действий "нацгвардейцев" — везти за 125 километров из Красного Лимана в Авдеевку ничем не примечательного подростка, чтобы его там накачать наркотой, и отправить кататься на велике. Неужели в Авдеевке нету своих, местных 13–летних подростков? Или "правосеки" настолько изощрены, что им надо изгаляться над подростком именно из Красного Лимана, и всё потому, что название поселка напоминает им красный флаг ненавистного им СССР? В общем, хитрый план правосеков настолько хитрый, что они даже наплевали на то, что обдолбанный подросток, непривычный к наркотикам, может заехать куда угодно, хоть к ним в тыл.

Остается только удивляться — какой уровень умственного развития у тех, кто способен принять на веру такой вот интеллектуальный комбикорм?

Откровенно говоря, я надеялся, что былинный отказ с распятым мальчиком научит агитпроп хотя бы элементарной логике, но, как оказалось, надежды эти пропали втуне.
Отсюдова

P.S.




















Моторола
  • lussien

Матвей Ганапольский : Куда едет «крыша»

Матвей Ганапольский : Куда едет «крыша»

фото: Алексей Меринов

фото: Алексей Меринов

Что с нами, народ?
Матвей Ганапольский MKRU

Я думаю, что все сошли с ума.

Нет, все точно сошли с ума.

Вспомните, когда присоединяли Крым, то казалось, что все будет просто — он был украинский, а станет российский. Конечно, недовольные пошумят- повозмущаются, но потом все стихнет.

Но нет, в самом Крыму, может, все и стихло, но крымский вопрос удивительным и страшным образом упал на всю страну. И страна стала делиться не на мужчин и женщин, не на блондинов и брюнетов, не на богатых и бедных. Просто появилась фраза: «Хочешь знать, кто стоит перед тобой? Спроси у него: «Чей Крым?»

Теперь все знают, что из-за этого дурацкого вопроса стали распадаться семьи, дети перестали разговаривать с родителями, а трудовые коллективы, объединенные не только общим многолетним трудом, но и прекрасными дружескими выпивками на природе, были разорваны ненавистью друг к другу. И градус внутриобщественного конфликта не снижается. Таким образом, Крым, увеличив территорию России, уменьшил территорию спокойствия и миролюбия внутри самих россиян.

Разве это не пример умопомешательства?

Не объелись ли мы все белены, как говорят в народе?

Однако это было лишь начало.

Взять, к примеру, эту непонятную Новороссию, которую никто не признает, кроме Южной Осетии, которую, в свою очередь, тоже мало кто хочет признавать. В этой Новороссии, как известно, прошли выборы, и Россия, еще до выборов, объявила, что признает как эти выборы, так и их результаты. И вот жители этой Новороссии навыбирали себе руководителей, и эти руководители стали народом руководить. А в Ютюбе стало появляться видео, как именно.

На одном видео происходит заседание «народного схода», который судит какого-то насильника. Насильник плачет и кается, но его народным сходом приговаривают к смертной казни. Прямо так все и происходит — зал голосует за смерть этого человека простым поднятием рук. И не видно там ни цивилизованного суда, ни прения сторон, ни защитника. Просто, как в Средневековье, толпа голосует, а позже появляется сообщение, что этого человека казнили. Я вот думаю: если бы подобное произошло на территории Украины, что бы сказали об этом наше телевидение и власти?

Но Новороссия — это какое-то заколдованное место, где абсолютное безумие — приговор к смерти человека простым голосованием — не вызывает ни малейшей реакции великой России — носительницы духовных скреп, между прочим.

Или другое видео: в президиуме сидят несколько бородатых дядек, один из них вообще в балаклаве, и они проводят «нравственную накачку» аборигенов. Обсуждают проблему — «женщины замечены в ночных клубах». И сидящий в «президиуме» бородатый некто орет на сидящих в зале. Он орет, что теперь «таких» будут арестовывать. А задача женщины, в его бородатом понимании, это не по кафе шастать, а чтоб «дома села, пирожочков напекла, отпраздновала 8 марта!»

Интересна реакция в момент объявления гражданам этой новой реальности: зал шумит, кто-то недоуменно смеется, кто-то выкрикивает «правильно!». Но никто не встает и не говорит: «Вы что, обалдели тут?! Это что за православный талибан у нас образовался?! Это кто тут устанавливает законы Ирана?!»

Никто не встает, а это значит, что, как сказал этот бородатый, так оно и будет. И на современной территории то ли Украины, то ли этой самой Новороссии появляется территория, которой собираются руководить по законам шариата.

Если бы такое произошло на Украине, то в России бы гневно возопили, что «нельзя позволить бандеровцам и фашистам унижать свой народ». А российский представитель в ООН объяснил бы, что «пришествие средневековых законов в 2014 году недопустимо!». Но весь этот «талибан» происходит в Новороссии, при взгляде на которую у нас, видимо, парализует зрение. И непонятно, до какого насилия над населением должны дойти руководители этого сумасшедшего дома, чтобы Россия обратила внимание на беспредел, который творится у нее под боком.

Но на этом сумасшествие не заканчивается и обретает форму взаимных запретов.

Кто-то что-то не так сказал — все, запрет на въезд!

Не там выступил — запрет на профессию!

Украина вносит в списки запрета на въезд всех политиков и артистов, кто в своих выступлениях поддержал отторжение Крыма или участвовал в торжествах по этому поводу. С политиками все понятно, но и список артистов уже исчисляется десятками.

Россия не отстает, но действует тоньше. Уже почти полгода удивленные граждане наблюдают беспримерную борьбу с Макаревичем, который посмел выступить на Украине. В какой российский город он ни приедет с гастролями — то тараканы в зале там обнаруживаются, то электричество пропадает. С Арбениной так же: где-то она что-то не так сказала.

Арбенина и Макаревич — это просто исполнители, но, к несчастью, в их песнях есть содержание и смысл. А еще у Макаревича есть чувство собственного достоинства: на фоне всеобщего сумасшествия он не желает чувствовать себя «новороссом», на которого орет со сцены какой-то бородатый чудик, объясняя, что ему говорить и думать. Он, Макаревич, сам может научить, как на свете жить.

А тут еще новое сумасшествие на подходе: в Киев с концертами должен приехать Борис Гребенщиков. И я думаю, что родная страна готовится к его гастролям, как и он сам. Только готовятся к разному: он — к тому, как лучше выступить, а страна — какими формулировками объявить его пособником «укрофашистов» и как запретить его дальнейшие гастроли в России.

Что же можно сказать по поводу этого накрывшего нас безумия?

Скажем так: конечно, Крым — он «наш». Но Россия — она и так далека от мира и спокойствия, и шрамов размежевания на ней не счесть. Они идут по географии, по имущественному уровню, по национальной принадлежности, по разделу «город—провинция». То, что разделяет граждан, гораздо легче подсчитать, чем то, что объединяет. И тут вступает в силу одно из правил Виктора Черномырдина: «Никогда такого не было — и вдруг опять!».

Крым, Новороссия… — и трещат по швам семьи, прощаются друг с другом друзья, отодвигаются друг от друга поколения.

Знаете, вот когда мы видим белые «КамАЗы», бегущие в Новороссию из России с гуманитарной помощью под соусом «гуманитарной катастрофы», уместно задать вопрос: а что такое, собственно, гуманитарная катастрофа? Считается, что это отсутствие одеял, гречки или воды. После землетрясения — это отсутствие крыши над головой.

Но разве снос собственной «крыши», безумие, раскалывающее общество, — это не гуманитарная катастрофа?

Мне видится, что настоящую гуманитарную катастрофу переживает сама Россия, ибо что может быть страшнее грохота, с которым рвется общество на фоне радостных фейерверков?

Причем кажется мне, что оно, наше общество, только начинают испытывать на прочность. А самое печальное во всем этом — то, что происходит у нас внутри.
Источник

загадка
  • lussien

Наследие Рабина - винт в гроб сионизма

Наследие Рабина

Каждую осень израильская общественность вспоминает Ицхака Рабина, так до конца и не понятно кем убитого 4 ноября (11 хешвана) 1995 года. В нынешнем году - 19 лет спустя - в силу особенностей метонового цикла - эти числа еврейского и григорианского календарей вновь совпадают, что, безусловно, негативно скажется на размахе траурного фестиваля. Обычно, когда эти даты оказываются разбросанными, сетования по поводу "утраченного рая" и упреки в адрес "экстремистов" не смолкают на протяжении многих дней и даже недель.

В эти дни в школах проводятся утренники, а на площадях собираются митинги; в эти дни в СМИ выступают люди, вспоминающие, каким он парнем был, как был скромен и миролюбив, но особенно много в эти дни твердится о так называемом "морешет Рабин" - "наследии Рабина".
Под этим эвфемизмом, в значение которого никто особенно не вдается, обычно подразумевается расплывчатое стремление прославленного генерала к миру. Но оставил ли Рабин человечеству действительно какой-то оригинальный подход, заслуживающий изучения и осмысления в качестве специфического "наследия"?

Безусловно. Соглашению с ООП, которое под эгидой Рабина было достигнуто в Осло, с одной стороны действительно нет аналогов, а с другой - его последствия приобрели планетарный масштаб. Тот Новый Ближний Восток, который мы сегодня получили, в значительной мере был задан процессом в Осло. Именно там была осуществлена та легализация террора, которая продемонстрировала его несомненную эффективность и вселила в арабские головы самые смелые мечты о победе джихада во всем мире.

Подписанное Рабиным "мирное соглашение" деморализовало израильское общество, которое с того момента стало другим. У меня не было досуга справиться о статистических данных, касающихся динамики преступности в Израиле, но на глаз видно, что Осло является в этом пункте водоразделом. Я отлично помню, что до соглашения с ООП в Израиле не было такого явления как рэкет, а о групповом изнасиловании, совершенном школьниками через год или два после Осло, сообщалось как о чем-то поистине небывалом.

Вкратце напомню обстоятельства принятия того политического решения, которое легло в основу "наследия Рабина". В декабре 1987 года в Иудее, Самарии и секторе Газа вспыхнула интифада - стихийный арабский бунт, на фоне которого в 1991 году в Мадриде начались переговоры о создании "палестинской автономии" (оговоренной, впрочем, еще в Кемп-девидском соглашении). Переговоры не продвигались, но никто никуда особенно и не торопился.
Все решительно изменилось после того, как в 1993 году Рабин решил подписать составленное за спиной народа (а поначалу даже и за его собственной спиной) уникальное соглашение с находившейся вне закона террористической организацией ООП.

Согласно этому договору Рабин передавал Арафату – бывшему в тот момент (после войны в Кувейте) разлагающимся политическим трупом, сектор Газа и Иерихон с окрестностями. Далее предполагалось делать Арафату что-то вроде "экзамена", но в действительности что бы блатной "абитуриент" не предпринимал, он всегда награждался проходным балом. Таким образом к 1998-му году под контроль ООП перешло 42 процента "территорий".
Я не являюсь поклонником формулы "территории в обмен на мир", но если бы на ее основе Рабин построил в горах Иудее и Самарии арабскую швейцарию, то как лояльному гражданину демократического государства мне бы не оставалось ничего другого, как сказать - "ваша взяла".

Если бы в течение долгих лет Рабин вел переговоры с Арафатом где-нибудь на Огненной Земле, или пусть даже в том же Осло, и завершил бы эти переговоры полным закрытием военной тематики в нашем регионе; если бы Арафат въехал в Израиль, предварительно объявив, что у него нет никаких претензий к государству евреев, которое имеет полное право на существование, мне бы ничего не оставалось, как принять эту ситуацию.
Но невозможно согласиться с решением впустить в страну наделенных политической властью головорезов под их расплывчатое обещание когда-нибудь подписать какой-нибудь договор! Создание такого положения - это не "ошибка", а преступление, за которое следует судить.

Можно представить себе ситуацию – пусть даже она и не самая умная, - в которой человек впускает в качестве квартиранта своего старого друга со словами "о цене договоримся потом". Но впустить на таких условиях бомжа, известного только тем, что он постоянно набрасывается на людей в подъезде и не раз пытался поджечь квартиры, беспрецедентный идиотизм. Рабин такой прецедент создал. И именно этот прецедент составляет основу его "наследия".
"Квартирант" повел себя вполне ожидаемо. К концу прошлого века выяснилось, что он не готов подписать с Израилем такое соглашение, которое оставляло последнему хоть бы какой-то шанс на выживание: возвращение арабских "беженцев" (90 процентов которых никогда "Палестины" в глаза не видело) в Израиль, суженный до границ Освенцима и лишенный права считаться еврейским государством – вот тот минимум требований, который начиная с 2000 года не сходит с уст ООП. Ну а что на уме у этой организации, мы прекрасно знаем из других источников, включая опросы общественного мнения: никаких евреев между Иорданом и Средиземным Морем быть не должно.

Но вступившие в наследие Рабина израильские левые продолжают восхищаться основательно потрепавшимся за последние 15 лет платьем голого короля, продолжают нахваливать своего "умеренного партнера" и внушать, что переговорам с ним нет альтернативы. Год за годом мы наблюдаем прохождение одного и того же "миротворческого" цикла: США требуют от Израиля произвести еще одно очередное "усилие", чтобы еще "сблизить позиции", чтобы еще "укрепить взаимное доверие", после чего насупившийся "партнер" возмущенно покидает стол переговоров.

Достигнутое в Осло и подписанное в Вашингтоне соглашение - это гроб, в который в 1993 году было уложено государство Израиль. Но уложено оно туда было все же живым, а значит сопротивляющимся, а похороны из-за неполадок с крышкой затянулись. Резьба давно сорвалась, и винт в гроб сионизма раз за разом проворачивается. Так вопреки очевидному год за годом на Ближний Восток из Вашингтона отправляется новый эмиссар с новой отверткой, а с замиранием сердца наблюдающие за его работой израильские СМИ потчуют очумевших граждан старыми баснями о "мирном процессе". И эта сюрреалистическая картина кисти Рабина - также неотчуждаемая составляющая его "наследия".

Арье Барац, религиозный философ
http://mnenia.zahav.ru/Articles/5124/nasledie_rabina